Мой дядя, Борис, всю жизнь собирал модели самолетов. Он был уверен, что через пять лет мы будем летать на работу, обгоняя пробки. Он умер в 2018-м, так и не дождавшись. Теперь вот Archer пытается воплотить его мечту. И я, как человек, склонный к импульсивным покупкам, задумался: а вдруг?
Этот цикл, названный некоторыми «суперциклом», охватывает широкий спектр отраслей – от производства микросхем до программного обеспечения. Спрос на вычислительные мощности, подпитываемый жаждой искусственного интеллекта, превосходит возможности производителей. Нехватка компонентов для центров обработки данных, бесконечные очереди на программное обеспечение – все это признаки бурного, но хаотичного роста. Подобные периоды всегда несут в себе зерно опасности, подобно тому, как внезапное тепло может погубить нежные ростки.
Увидеть, как цена рухнула, конечно, заставляет задуматься о благоразумии инвестиций. Но не стоит забывать, что в мире финансов, как и в театре, часто случаются неожиданные повороты. Впрочем, прежде чем бросаться на сцену, стоит разобраться, что же представляет собой этот квантовый балаган.
Visa – это, представьте себе, такая огромная сеть для перекачивания денежек. Они как кассиры в гигантском цирке, берут свою малюсенькую комиссию за каждую транзакцию. Вместо того, чтобы считать деньги, они их просто перекладывают из одного кармана в другой. А вы думаете, что это какая-то магия? Ха!
Чем же примечательны эти энергетические компании? Да тем, что они, в основном, копаются в этой самой нефти, в угле, в газе. А цена на нефть, как вы знаете, в марте взлетела до небес, как воздушный змей в бурю. Всё из-за той самой войны на Ближнем Востоке, и из-за того, что закрыли Ормузский пролив. А ведь через него, представьте себе, проходит целых 20 процентов всей нефти, что плавает по морям. Вот вам и арифметика, господа.