GE росли, как грибы после дождя, пока не решили, что финансовые услуги — это тоже их профиль. Итог: во время кризиса 2008-го их банковское крыло оказалось на волоске от банкротства. Вспоминаю, как мой коллега Иван, уволенный после реструктуризации, шутит: «GE теперь не компания, а басня Эзопа: «Жили-были, да вымерли»».
Однако эти трудности, вероятно, уйдут в прошлое в течение следующего года, когда долгосрочные факторы начнут действовать. Это делает текущее падение похожим на выгодную возможность для тех, кто способен терпеливо ждать, несмотря на необходимость ежегодно получать форму K-1 от MLP.
Starbucks (SBUX) сейчас торгуется на 34% ниже исторического максимума. Это как если бы ваш любимый бариста вдруг перестал помешиваться на вас, но всё ещё ставит ваши заказы в очередь после своих личных дел. Менеджмент пытается исправить ситуацию, но пока что цифры говорят о том, что продажи в одних и тех же магазинах падают уже шесть кварталов подряд. Если вы думаете, что это временное явление, то, возможно, вы такой же оптимист, как я, когда впервые решил инвестировать в криптовалюту.
7,5% доходности Energy Transfer звучит как приглашение на вечеринку, но перед тем как начать разбрасывать деньги направо и налево, давайте разберемся. Компания работает по модели мастер-ограниченного партнерства (MLP) и использует схему «оплаты за проезд» на своих инфраструктурных активов, таких как трубопроводы. Однако такая модель стабильно приносит деньги, а вот стабильно ли будет приносить деньги именно этот актив?
Но, как часто бывает, под этой поверхностью скрывается важный нюанс: кто стоит за этим ростом? Ведь за этим индексом стоят не только известные компании, такие как Nvidia, Microsoft, Apple, но и искусственный интеллект, который стал настоящим двигателем их успеха. Эти гиганты, строя свои многочисленные башни из инноваций, занимают значительное место в составе S&P 500, создавая таким образом не только возможности, но и, возможно, риски для менее подготовленных инвесторов. Для кого-то инвестировать в S&P 500 — это как ехать на старом, проверенном автомобиле, но на котором последние шины все-таки сто лет назад были заменены.